1)

Он, Она и луна

Она вдыхала терпкий запах его кожи, горячий и острый после произошедшего, смешивавшийся с тоже терпковатым запахом новой кожи сидений.
Тронула губами пушистые и колючие мальчишечьи ресницы в уголке глаза и вздрогнула от пронзительного ощущения счастья, которое всполохом прокатилось от спекшихся губ ниже и ниже, туда, где ещё пульсировала неутоленная жажда.
Усмехнулась, вспомнив, как он, обычно такой взрослый и серьезный, словно мальчишка хвастался новой игрушкой: чудо британского автопрома умело опускаться на рессорах, чтобы барышне не пришлось высоко карабкаться в салон.

Он, неловко развернувшись, чтобы не придавить эту нежную горячую хрупкость под ним, - все-таки каким просторным ни был джип, места в нем для подобных занятий было недостаточно, - уткнулся носом ей в ложбинку, в который раз подивившись тонкому, какому-то жасминовому запаху свежести, всенепременно исходившему от неё.

Она перебирала пальцами его влажные волосы на затылке, повторно переживая то ощущение чистейшего вожделения, которое заставляло ее впиться в его тело, вобрать его целиком и растворить, будто они были не отдельными живыми существами, а двумя расплавленными сущностями, стремившимися спаяться воедино, выделяя при этом жар, пот и почти физически ощутимые искры.
Вытянув вторую руку, лениво вывела на запотевшем и от этого непрозрачном стекле кривобокое сердечко. Сквозь мокрую дорожку тут же проник луч любопытной луны, которой хотелось быть вездесущей и увидеть, что же там происходит, внутри это здоровенной темной машины, которая непонятно зачем стоит на обочине под сосной второй час.
«Полнолуние... вот бы полетать на метле» - проскользнула ленивая мысль.
- Ты русалка, знаешь? Кожа прямо светится. И волосы вьются.
- А ты Атилла, предводитель варваров. Куда одежду зашвырнул?
- Русалкам одежда ни к чему.
- Очень даже к чему, я прилипла к твоей хваленой замше. Слышишь? Где-то поезд идёт.
- Дурочка, - он приподнялся и щёлкнул ее по носу, рассмеявшись - это же Челентано, новая песня.

Услышав мелодию следом за звуком поезда, она тоже засмеялась и обхватила его ногами: нет-нет не уйдёшь, ещё не все!
Луне только и осталось, что угадывать по мечущимся за матовым от испарины стеклом теням, за кем осталась победа в этой борьбе.
(Позже)
- Домой?
- Домой. Завтра на работу. И не глазей на меня в лифте. Ты дискредитируешь меня перед боссом, бесстыдный варвар. Конспирация! Ведь мы же не хотим, чтобы все выплыло!?
- Нееет. Мы глубоко законспирированная тайная порнографическая организация. Конечно, мы хотим. Но - не разоблачения!

Она хихикнула и выпорхнула наружу, небрежно чмокнув его в ухо и одновременно запихивая чулки в сумочку.
- Заеду завтра, русалка?
- Спишемся! Как фишка ляжет.
Он проводил ее взглядом до парадной, привычно восхитившись: вот ведь шальная, так и норовит улизнуть, проскользнуть рыбкой между пальцев, попробуй ее потом замани, завлеки: то завал на работе, то семинары, то семейные дела навалились. Но тем интересней охота и тем жарче свидания.

Она, услышав негромкое и мощное урчание мотора отъезжающей машины, на секунду привалилась к облицованной плиткой стене холла, зажмурив глаза: нахлынувшие эмоции были настолько яркими, чистыми и пронзительными - счастье вперемешку с всполохами насытившейся страсти. И эхо испуга: в какое-то мгновение ей показалось, что он догадается и поймёт.

Потому что он, конечно, рано или поздно узнает. Но не сейчас. И не завтра. Она будет скрывать до последнего, что тогда, впервые столкнувшись с ним взглядом в просторном лифте нового офиса, сразу же, глупо, молниеносно и безоглядно влюбилась в эти отстраненные, немного печальные глаза вечного Чайлд-Гарольда и капитулировала мгновенно.
Но ему об этом знать ни к чему... пока... Она встряхнула рассыпавшимися замерцавшими в луче пробравшейся и сюда сквозь стекло настырной луны волосами, рассмеялась русалочьим смехом и шагнула в завтра...
Из темы Весенне-литературная тусовка