Любимым временем суток у легендарного Портоса считался обед. То есть – любимой трапезой. Оно и понятно, по всем меркам – самый обильный стол, с максимально возможной сменой блюд.
Любимой трапезой Гекльберри Финна являлось состояние, когда наличествовала еда. Да не изысканная, когда каждое блюдо готовится по-отдельности, а месиво, чтобы одни объедки пропитывались соком соседних.
Как ни странно, объединить эти два, казалось бы, противоположных вкуса удалось Гоголю:
«Да кулебяку сделай на четыре угла; в один угол положи ты мне щеки осетра да вязигу, в другую запусти гречневой каши, да грибочков с луком, да молок сладких, да мозгов, да еще знаешь там этакого… Да, чтоб с одного боку она, понимаешь, зарумянилась бы, а с другого пусти ее полегче. Да исподку-то, понимаешь, пропеки ее так, чтобы рассыпалась, чтобы всю ее проняло, знаешь, соком, чтобы не услышал ее во рту – как снег растаяла».
В результате получается вполне презентабельное блюдо, правда несколько простонародное.
Впрочем, к простонародному нам не привыкать. Простейшее овощное рагу, с обжаренными свиными ребрышками, или бефстроганов с лапшой изысканным антуражем не блещут. Не банкетные, прямо скажем, блюда. Однако, после дневных трудов, да по морозному времени – очень душевно. А если заранее позаботится о настойке на смородиновых почках и сочной, сладковатой квашеной капустке, так вообще, слов нет. Впрочем, капуста может быть и острой, кавказской. Знаете, такая, красноватая, которая горло обжигает. У ней – свои достоинства, но только, если предстоит бурная ночь. Ничего сонно-умиротворяющего такая закуска не пророчит. Она – предвестник подъёма сил, неизбежного продолжения бархатным пивом во время трапезы и завершающим коньячно-ликерным аккордом во время десерта. Да-да, десерта. Правильный подбор блюд не имеет права отменять десерт. Если кто-то говорит, что для сладкого не осталось места, это целиком вина повара. Или образа жизни. Рабочей лошади нужен сахар! Или глюкоза. Фруктоза, сахароза, что там еще? Короче, от плюшек отказываться нельзя, но лучше, если трапезу завершит сочный бисквит или молочный кекс. К нему – по вкусу: варенье или джем, взбитые сливки или сгущенка, в конце концов, сойдет пышное сливочное масло с сахарной пудрой. И горячий чай с лимоном и небольшой дозой густого ликёра.
Скажете, тяжеловато? Верю. Но это не так. Взгляните в окно. То мороз, то слякоть, то пронизывающий ветер. Тяжелые капли бьют в стекло. Вещевой мешок имеет форму капли, однако именно эта форма делает его не таким тяжелым. Кроме того , форма водяной капли – идеальна в аэродинамическом плане. Это – форма воздушного шара, боевой торпеды, форма стремительной кометы.
На самом деле, я написал всю эту дребедень, совсем не для аппетита. Его отсутствием я на данный момент не страдаю, надеюсь и вы теперь тоже. Просто я использовал любимую тему для собственной проверки восприятия. Вам не кажется, что все вышенаписанное имеет ту же геометрическую форму? Не в прямом, разумеется смысле, а по восприятию?